Цитаты про смерть человека

Смерть — это счастье для умирающего человека. Умирая, перестаешь быть смертным.

Диковинно всё-таки устроен человек — даже зависнув над бездной и чувствуя, как трещит ветхая верёвка, он будет барахтаться и до самого конца так и не поверит в свою смерть.

Самым страшным примером в этом отношении является Россия, где евреи в своей фанатической дикости погубили 30 миллионов человек, безжалостно перерезав одних и подвергнув бесчеловечным мукам голода других, — и все это только для того, чтобы обеспечить диктатуру над великим народом за небольшой кучкой еврейских литераторов и биржевых бандитов. Однако конец свободе порабощенных евреями народов становится вместе с тем концом и для самих этих паразитов. После смерти жертвы раньше или позже издыхает и сам вампир.

Если бы человек заранее знал, что ждет его впереди, он бы ничего, кроме смерти, впереди не видел. Судьба-злодейка тем и хороша, что иногда выписывает такие забавные кренделя на скользком льду жизни, каким, наверное, мог бы позавидовать даже российский чемпион-конькобежец Панин-Кломенкин.

Дым и зеркалаЯ смотрю на ваши падения,Растворяясь в гробовой тишине.И не смотря на обещания,Вы будите молиться с собой наедине.Вы измазаны помадой неудач.Вам не суждено выбраться из этой лжи.Вы поставили перед собой слишком много задач.Вы одни в этой тиши.Очнитесь,очнитесь,вы тонете.Как старинные песни и танцы.Мои дорогие,помните:Никогда не оставляйте шанса.Затерянны, пока что в другом мире.И это только иллюзия.Не победить в бесконечном турнире.Это лишь дым и зеркала,это лишь ваша фантазия.Зеркала и дым всегда оставляют шрамы.Иллюзия не доставит вас далеко.Не нужно разыгрывать драмы.Но ваши мысли где-то высоко.Я слышу в вашем голосе,вы тянете время.Ты-просто еще один человек.Ты живешь в это не веря.Это от себя бег.Ваши претензии к любви гибнут.Поймите,что их уже не спасешь.Теперь стало ясно:вам не выиграть. Ты просто смерти своей ждешь.Вам не проснуться,вы уже на дне.Вы в другой реальности.Дым отражается в зеркале.Просто отдайся вечности.

Так уж повелось, что человек ко всему привыкает… даже к ожиданию смерти. Минуты бегут. Всепоглощающее чувство отчаяния и безысходности сменяется гулкой пустотой, которую тут же стремятся заполнить совсем иные эмоции: сначала вполне обоснованная злость, затем умеренный интерес, холодный расчет… Ну и под завязку вереница примитивных потребностей типа желания сытно покушать и крепко поспать под прикрытием мысли-девиза: «А не послать ли всех и вся на три буквы? Потому что я устала».

Всё живое боится мучений, всё живое боится смерти; познай самого себя не только в человеке, но во всяком живом существе, не убивай и не причиняй страдания и смерти.Всё живое хочет того же, чего и ты; пойми же самого себя во всяком живом существе.

С этим же связана и давно установленная в философии и психологии синонимичность “личности” и “свободы”. Потому-то личность и есть лишь там, где есть свобода. Свобода подлинная, а не мнимая, свобода действительного развёртывания человека в реальных делах, во взаимоотношениях с другими людьми, а не в самомнении, не в удовольствии ощущения своей мнимой неповторимости. Потому-то личность не только возникает, но и сохраняет себя лишь в постоянном расширении своей активности, в расширении сферы своих взаимоотношений с другими людьми и вещами, эти отношения опосредствующими. Там же, где однажды найденные, однажды завоёванные, однажды достигнутые способы жизнедеятельности начинают превращаться в очередные штампы-стереотипы, в непререкаемые и догматически зафиксированные мёртвые каноны, личность умирает заживо: незаметно для себя она тоже превращается медленно или быстро в набор таких шаблонов, лишь слегка варьируемых в незначительных деталях.

Я так и не ответил на твой вопрос о том, хотел ли я стать человеком... Однажды я был в Андах, и ко мне прилетела колибри. Смотрела на меня замерев. Ее крошечное сердце стучало как пулемет. И я подумал: «Как же это удивительно, так стараться каждый день, просто чтобы выжить... и всегда быть на грани смерти... И сколько же удовольствия приносит новый день». Только тогда я думал о том, чтобы стать человеком.

 Можно ли выдумать более изощренную пытку, чем разбудить человека звонком мобильника? Пронзительное дребезжание, подхлестываемое отчаянием, превращается в грохот отбойного молотка, скрежет вагонных тормозов, крик боли, оглушительное тарахтение, буравящее тяжелую тишину утренней пустоты. Придется отозваться, иначе смерть. 

— Кругом будет смерть. Как может человек противостоять её неистовой ярости? — Мы отразим её. Мы справимся с ней. — Смерть во имя славы? — За Рохан. За наш народ. — Пусть наше оружие нанесёт глубокие раны. В последний раз. Пусть в этот час мы вместе скрестим мечи в бою.

Смерть человека в контексте вселенского движения - всего лишь искорка в небе на долю секунды.