Цитаты про собак и детей

— Интересно, как она сейчас живёт, — задумчиво произнёс я. — Возможно, вышла замуж. Возможно, у неё трое детей, худой рыжий кот и большая чёрная собака. По субботам, они всей семьёй ходят в парк. А в воскресенье, оставляют детей у бабушки, и идут с мужем в какое-нибудь милое местечко, где он на ухо шепчет ей то, что теперь, так хочу сказать ей я. — Возможно. Но возможно так же, что она так и не вышла замуж. Работает в какой-нибудь крупной компании, каждый день с утра до ночи составляет графики, отвечает на звонки неуравновешенных клиентов. А по вечерам, выпив бокал вина, плачет в подушку. И возможно... Возможно, вспоминает того парня, который несколько лет назад, предложил разъехаться.

 Дети становятся очень забавны, когда добираются до основополагающих вещей. Помню, дочь села передо мной и говорит: Пап, мне надо задать тебе вопросы. А ей четыре, понимаете. У меня их три. Первый: боится ли Бог собак?  Пришлось задуматься. Нет, — говорю. — Не боится. А она: Хорошо. А он застал динозавров?  — Думаю, застал. И тогда она говорит: А у него есть горничная?  Но я не знаю, как ответить на этот вопрос. 

 Читайте собакам стихи, Как сказки читаете детям. За всех прирученных на свете Читайте собакам стихи. Читайте собакам стихи И будете поняты лучше. Никто не умеет так слушать. Читайте собакам стихи. Читайте собакам стихи. Их уши ласкает созвучье. Рифмуется сущее с сучьим. Читайте собакам стихи. Читайте им радость и грусть, Разлуку читайте и счастье. В глаза заглядевшись собачьи, Читайте стихи наизусть. Читайте собакам стихи. Являя нам преданность снова, Собаки нас любят за слово. Читайте собакам стихи. 

ЧеловекЛето, жара. Я сижу в конуре.С грустью смотрю на детей во дворе.Шея обмотана цепью железной.Никто не услышит моей просьбы слезной.А я посмотрю на миску пустую,В будку зайду. Одна потоскую.Вспомню, как раньше мне было легко,Весело, радостно бегать щенком.Ну вот. Уже сумерки. Все по домам.И затихает везде шум и гам.Вечер приходит. В объятия снаЛюди уходят. Во мне пустота.Выйду я ночью. Взгляну на луну.Тихо заплачу, завою в лесу.Сяду мохнатыми лапками в воду.Не заскучаю по ним. По народу.Ну, а с рассветом вернусь в конуру.Снова завертится всё по кругу.Так коротать короткий мой век.Но я не собака. Я человек!

Никто в мире не чувствует новых вещей сильнее, чем дети. Дети содрогаются от этого запаха, как собака от заячьего следа, и испытывают безумие, которое потом, когда мы становимся взрослыми, называется вдохновением.

Когда он сыпал шутками и насмешками, они приходили в восторг, но если он начинал говорить более возвышенно и с жаром, они не могли стерпеть его резкости. Подобным же образом дети охотно играют с породистыми собаками, но если те рассердятся и залают громче, пугаются до смерти.

Я привыкла жить с собакой, я не могу без них. Это приятное ощущение, когда приходишь домой, а там тебя всегда кто-то ждет. Мои собаки мне как дети. Собака действительно самый лучший и верный друг человека! Собаки нам дарят свою жизнь и любовь, им неважно кто ты и что ты. Мы становимся для них смыслом жизни.

 Это было просто помещение для отбора. Мы ничем не отличались от собак, свиней или коров, разве что нам, как детям, позволялось играть. Мы мало чем отличались от поросят, которых зажаривают целиком в китайских ресторанах. Когда мы начинали взрослеть, нас сортировали и классифицировали. Стать старшеклассником означало сделать первый шаг к тому, чтобы превратиться в ЖИВОТНОЕ. 

Месье генеральный резидент, последние двадцать лет я посвятила тому, чтобы выкупить этот участок у государства. И в один прекрасный день я отправила вам деньги в конверте. Я сделала это с глубочайшим уважением, те деньги — все, что у меня было. В то утро я отдала вам все, я принесла вам себя в жертву, в надежде на то, что эта жертва сделает счастливой жизнь моих детей. Что получила я от вас взамен за эти годы верной службы? Ничего, кроме ветра, воды и грязи. Откуда появляются эти китайские плантаторы, которые забирают у нас самые лучшие земли? Местные жители уже давно поняли, какими грязными методами вы умеете действовать. Я объясняла им, что вы, пользуясь отсутствием у них бумаг, продали их земли китайцам. Когда у них умирает ребенок, я говорю им — собаки из кадастрового агенства будут только рады. «Почему они будут рады?», — спрашивают они. И я отвечаю им правду — чем больше детей умрет, тем легче будет вам здесь установить свое господство.

Должны погибнуть десять тысяч африканцев, чтобы один-единственный белый человек насупил брови, даже если он и сторонник прогресса. Нет, даже десять тысяч недостаточно. К тому же такая смерть лишена всякой привлекательности. Она как позорное пятно на теле человечества. Трупы, разрубленные людьми, разодранные стервятниками или бродячими собаками, не показывают по телевизору. А вот печальные жертвы засухи, дети со вздутыми животами, чьи огромные глаза не вмещаются в телеэкран, умирающие от голода и стихийных бедствий, — вот это может взволновать. И тогда уже формируют комитеты, мобилизуются работники гуманитарных миссий. Поступают пожертвования. Дети подбадриваемые обеспеченными родителями, разбивают свои копилки, Правительства, улавливая флюиды народной солидарности, начинают буквально драться за возможность оказать гуманитарную помощь. Но, когда вполне обычные люди убивают себе подобных, таких же обычных людей, с особой жестокостью, подручными средствами"тогда мы отводим глаза.

Когда Ямамото Китидзаэмону было пять лет, его отец Дзинэмон приказал ему зарубить собаку, а в возрасте пятнадцати лет его заставили казнить преступника. Раньше всем молодым людям, по достижении четырнадцати или пятнадцати лет, обязательно приказывали участвовать в казни. Когда господин Кацусигэ был молод, господин Наосигэ приказал ему практиковаться в умерщвлении с помощью меча. Говорят, что тогда ему пришлось отсечь головы более чем десяти преступникам подряд. Долгое время такая практика была очень распространена, особенно среди высших сословий, но сегодня в казнях не участвуют даже дети людей из низших сословий, и это исключительный недосмотр. Сказать, что человек может обойтись и без этого, или что нет никакой заслуги в том, чтобы убить приговоренного к смерти, — значит искать оправданий. Получается, что если у человека слабый воинский дух, то ему не остается ничего иного, как следить за красотой ногтей и ухаживать за собственной внешностью?