Цитаты про мертвых

  — … я не смог работать психиатром, общаться с пациентами. — Правда?! — Каждый день в компании неврастеников. Я начал чувствовать, что половину из них следует заключить в сумасшедший дом. Я оставил это поле деятельности. Это было лучше для меня и для пациентов. — Я бы тоже так сказал. — Я немного осмотрелся. Двадцать лет назад стал полицейским-патологоанатомом. — Мертвые не нервничают. — Нисколечко. 

Если бы взгляд мог убить, я бы уже лежал мёртвый.

У одного ученого спросили: — Какими будут люди в день воскресения из мертвых? Он ответил: — Раскаявшиеся уподобятся овце, отбившейся от стада, но потом вернувшейся на пастбище. Упорствующие же в своих заблуждениях уподобятся овце, которую укусила бешеная собака. В такую овцу вселился сатана, и ее нужно заковать в цепи, дабы она не заразила других.

... А вокруг никто ничего не замечает, ну, в точности как говорят, глядя в ночное небо: Ах, как ярко блещет вон та звезда, — и никому невдомек, что звезда погасла за миллионы лет до того, как говорящий произнес эти слова, а дети его и внуки будут, бедняги, повторять их, восхищенно называя мертвое живым, и заблуждение это относится не к одной только науке астрономии.

Рождаемых число ряды усопших множит, Бессмертной жизнью тешится мечта. 3а гробом жизни нет и быть её не может, Идёт за жизнью смерть, за смертью пустота. Воскреснуть мёртвому природа не поможет, Она и без того по горло занята.

 Один ученик спросил своего наставника: — Учитель, что бы ты сказал, если бы узнал о моем падении? — Вставай! — А на слелующий раз? — Снова вставай! — И сколько это может продолжаться — все падать и подниматься? — Падай и поднимайся, покуда жив! Ведь те, кто упал и не поднялся, мертвы. 

 Огонь попятился: даже слон пятится при виде мертвой змеи. 

Что я теперь? Zero. Чем могу быть завтра? Я завтра могу из мертвых воскреснуть и вновь начать жить! Человека могу обрести в себе, пока ещё он не пропал!

  — Он прав. — Что с тобой? С тех пор как Оуэн умер, ты с ним постоянно соглашаешься. — Меня приучили никогда не говорить плохо о мертвых. Даже если они сами все еще говорят… 

 — Господи! Я вынудил тебя напиваться — Раз уж избавиться от тебя не удается, что мне ещё остается как жить своей жизнью? — Жить своей жизнью… на это направлены твои вечные усилия… Парень, ты мертвый! Смирись с этим! 

Стихи ведь не то, что о них думают, не чувства (чувства приходят рано), стихи – это опыт. Ради единого стиха нужно повидать множество городов, людей и вещей, надо понять зверей, пережить полет птиц, ощутить тот жест, каким цветы раскрываются утром. Надо вспомнить дороги незнаемых стран, нечаянные встречи, и задолго чуемые разлуки, и до сих пор неопознанные дни детства, родителей, которых обижал непониманием, когда они несли тебе радость (нет, та радость не про тебя), детские болезни, удивительным образом всегда начинавшиеся с мучительных превращений, и дни в тишине затаившихся комнат, и утра на море, и вообще море, моря, и ночи странствий, всеми звездами мчавшие мимо тебя в вышине, – но и этого еще мало. Нужно, чтобы в тебе жила память о несчетных ночах любви, из которых ни одна не похожа на прежние, о криках женщин в любовном труде и легких, белых, спящих, вновь замкнувшихся роженицах.

Часы - убийцы времени. Отщёлкиваемое колёсиками время мертво и оживает, лишь когда часы остановились.