Цитаты про лето и детей

Они были почти ровесниками – Ане скоро 11, Томасу еще не было 12-ти. Аня, со свойственной ей способностью просчитывать события на много лет вперед, была совершенно убеждена, что Томас через десятилетие станет отличным мужем и отцом ее детей. Томас же любил мороженое, комиксы и американские горки.

— Скажите, пожалуйста, а сколько же лет вашему сыну Виктору? — 25! — Боже мой! 25... и отец троих детей! Моему под сорок, а он как дитя! — А выглядит совсем как взрослый!

 Вечное лето, рисуют дети. Я не хочу быть большим!… 

— Интересно, как она сейчас живёт, — задумчиво произнёс я. — Возможно, вышла замуж. Возможно, у неё трое детей, худой рыжий кот и большая чёрная собака. По субботам, они всей семьёй ходят в парк. А в воскресенье, оставляют детей у бабушки, и идут с мужем в какое-нибудь милое местечко, где он на ухо шепчет ей то, что теперь, так хочу сказать ей я. — Возможно. Но возможно так же, что она так и не вышла замуж. Работает в какой-нибудь крупной компании, каждый день с утра до ночи составляет графики, отвечает на звонки неуравновешенных клиентов. А по вечерам, выпив бокал вина, плачет в подушку. И возможно... Возможно, вспоминает того парня, который несколько лет назад, предложил разъехаться.

 Нормальный человек считает нужным: 1. Забыть, кто он такой и чего желает, чтобы это не мешало производить, воспроизводить и зарабатывать деньги. 3. Тратить годы на обучение в университете, чтобы потом не найти работу. 4. Заниматься с девяти утра до пяти вечера тем, что не приносит ни малейшего удовольствия, чтобы по прошествии тридцати лет выйти на пенсию. 5. Выйти на пенсию, обнаружить, что сил наслаждаться жизнью уже не осталось, и очень скоро умереть от тоски. 8. Высмеивать тех, кто вместо денег стремится к счастью, и называть их людьми, лишенными амбиций. 9. Сопоставлять все предметы и явления в той же системе координат, что и машины, квартиры, вещи, не пытаясь постичь истинный смысл того, зачем и ради чего он живет. 10. Не разговаривать с незнакомыми. Скверно отзываться о соседях. 12. Жениться, произвести потомство, жить вместе и после исчезновения любви, уверяя, что это нужно ради детей (словно они не слышат ежедневных ссор родителей). 13. Осуждать всякую попытку быть иным.

Катя, а ты не задумывалась, что много тысяч лет тому назад тебя на этой земле не было? Ну не родилась ты ещё! И когда ты умрёшь, чего я тебе желаю сделать в сто лет, тебя уже больше никогда не будет. Что же ты в свой короткий путь допускаешь уныние? Хочешь, чтоб я тебя пожалела? А мне не жаль тебя! У нас кого в колонии ни спроси, все без вины осуждённые. А это же не так! И я за дело сижу. Мне снятся те, кто с моей помощью на иглу сел. Детей у тебя не будет? Так ведь ты сама из детдома, знаешь как там невесело. Возьми малыша, двух, трех, вкалывай для них, пироги пеки, целуй их на ночь, в цирк води. А ты ноешь и себя жалеешь! У тебя часы есть?.. Так посмотри на свои часы. Видишь стрелки только вперед идут?..

Мы встречаемся, чтобы расстаться. Красиво, со слезами, нервными истериками, криками, отворачиваясь к окну, молча, на мосту, по дороге на работу, через два года, через три, через 27, завтра. Мы встречаемся, чтобы расстаться. Оставив горы книг, мегабайты писем, фотографии и фильмы, детей, мятую майку в шкафу на третей полке, недопитый чай, тонны обещаний и недосказанных слов, несколько сотен песен в iPod, сменив пароли и адреса. Мы встречаемся, чтобы расстаться. Весной, осенью, иногда летом и никогда зимой. В 16:20 или в 13:23, 17:55 или 00:00, Когда соседи смотрят футбол, когда клуб сотрясает музыка, когда заканчивается мартини в бокале. Мы встречаемся, чтобы расстаться. В Питере, у озера, на водопаде, на соседнем континенте, посреди пустыни, в кафе на соседней улочке или дома в мохнатых тапочках. Мы встречаемся, чтобы расстаться. Постом в дневнике, письмом, по телефону, по скайпу, по смс, в двух словах, в пяти, в целой книге или молчанием, с цветами или без.

 Цивилизованные люди не привыкли адаптироваться к среде обитания. Они адаптируют среду под себя. Они строят города, дороги, создают средства передвижения и другие механизмы. Проводят электричество, чтобы ожили и заработали их машины, облегчающий труд. Но они не знают когда нужно остановиться. Чем больше они стараются упростить себе жизнь, тем больше всё вокруг усложняют. Теперь их дети вынуждены учиться по десять-пятнадцать лет, чтобы выжить в этой опасной и сложной среде обитания. Цивилизованные люди отказавшиеся от адаптации к натуральной среде, каждый день, каждый час должны приспосабливаться под новые условия жизни созданные ими же. 

— Брешешь! У всех есть сожаления. Когда ты старше, куда от них деться? — У отца был брат-близнец. Они были здорово похожи, а характерами совсем разные. Мой отец стал копом, правильный такой, верил в закон, видел сына юристом. Пил умеренно, не курил вовсе. Вовремя платил страховые взносы. Голосовал на выборах, не только президентских. — Дай угадаю — дядя не голосовал! — Он не хотел поощрять ублюдков. В 16 лет первая ходка. Не просыхал, трахал всё, что шевелится. Выиграл в покер состояние, всё профукал. Лишился в драках глаза, половины печени... Мой отец в 54 года умер от обширной эмболии здесь, в Уичито. Мой дядя, он погиб через день — разбился в Калифорнии. Я к чему это? Что бесполезно сожалеть. Делаешь одно или другое. И что ждёт? Всё равно конец один.

Я люблю горы. Они похожи на вечность. Мне приятно думать, что они стояли здесь тысячи лет назад — и простоят еще тысячи лет, вонзаясь своими острыми вершинами в тяжелое подбрюшье неба. Меня не будет, не будет и моих детей, а горы будут так же смеяться, так же рвать небо в клочья — и так же будут идти века, не затрагивая их надменного облика.

 Детей трудно воспитывать потому, что им нужно успеть за короткое время научить нас очень многому. Жаль, что для понимания этого мне понадобилось целых пятнадцать лет. Похоже, я упустил большую часть своего образования. 

К 25 веку люди решили столько задач. Освоили космос. Научились жить в мире. В последнее время общество, конечно, стало более агрессивным, но всё-таки мир на Земле поддерживался уже почти век, а это отличный результат. Значит, человечество всё-таки умнеет и взрослеет. А вот человеческие эмоции и психологические проблемы победить не удалось. Наоборот, их как будто больше стало. Раньше, наверное, о них было некогда думать. Люди должны были работать больше, бороться с болезнями и голодом, участвовать в войнах. А теперь этих проблем нет, и на передний план вышло всё то, что раньше пряталось в самых глубинах человеческих душ. Печаль и страхи, гнев и ревность, бессмысленность существования и горе от потери детей. А коряги как выбрасывало на берег морем много тысяч лет назад, так и сейчас швыряет каждый вечер и каждое утро. Йену нравилось думать, что есть нечто магическое в том, чтобы каждый раз на закате пройтись вдоль моря и собрать всё лишнее, унести прочь.