Цитаты про вокзалы

 — Макс, ты не представляешь, что я сейчас видела на вокзале! — Ну? — Да ты сядь. Сидишь? — Ну! — В общем сейчас, на вокзале я видела… — Нуу!!! — Тебя! Вылитого тебя! — Ух ты! Красивого, загорелого и в шортах, с дорогим чемоданом? — Да нет, вообще-то… Грязного, в облезлой шубе и с этими.. с бутылками. Но это был вылитый ты! 

Осеннее настроение.Накрылся город покрываломДождей, туманов и листвы.Под хмарью осени притихлиДома, вокзалы и мосты.Влачится день больной и серый,Не слышно в парке соловья, Надолго с летом распрощалисьКусты, деревья и трава.

Я писал бы тебе о Марсе, об Атлантиде. И как ноги обвил противный зеленый ил. И о том, как тебя, конечно же, ненавидел, если бы не любил. Я писал бы тебе, как по уши в ложь обутый, на вокзале стою - затёк плечевой сустав. И в ночной тишине слушаю треск салюта, его глазами не отыскав. Я писал бы о том, что не было крыльев, перьев, Лишь автобус и тень Владимира Ильича. Я писал бы тебе, что птицы летят на Север. Я писал бы тебе, а ты бы не отвечал.

 В жизни важны маза и материальная база, А у меня, взятая в кредит, битая не раз черная мазда, И эти аэропорты, вокзалы и трассы. 

Не надо скидок. Это пустяки - Не нас уносит, это мы уносим С собою всё, И только на пески Каскад тоски обрушивает осень. Сожмись в комок и сразу постарей, И вырви сердце - за вороньим граем - В тоску перекосившихся окраин, В осеннюю усталость пустырей. Мучительная нежность наших дней Ударит в грудь, застрянет в горле комом. Мне о тебе молчать ещё трудней, Чем расплескать тебя полузнакомым. И память жжёт, И я схожу с ума - Как целовала. Что и где сказала. Моя любовь! Одни, одни вокзалы. Один туман - и мост через туман. Но будет день: все встанут на носки, Чтобы взглянуть в глаза нам в одночасье, И не понять - откуда столько счастья?! Откуда столько солнца в эту осень? Не надо скидок. Это мы уносим С собою всё. А ветер - пустяки…

Там, внизу, смешные люди, Суетятся на вокзалах, Продолжают делать бизнес, Гибнут за металл. Они, бедные, не знают, Как влюбленные летают, Да и сам я был таким же, Этого не знал.

Вокзалы видели больше искренних поцелуев, чем ЗАГС. А стены больницы, возможно, слышали больше искренних молитв, чем церковь...

Ты знаешь, Мне так надоели вокзалы... Хотя в глубине понимаю, Что лучше пусть будут вокзалы, Чем город, в котором тебя слишком мало. Я, кажется, вновь повторяюсь. Темнеет; терплю, вспоминаю О том, как мне было с тобою мечтать. Ты знаешь, Я все еще так удивляюсь Тому, как все в жизни циклично... И я почему-то пишу тебе письма, Но все равно не отправляю. И дождь мне опять намекает О чем-то ненужном и личном. Считаю минуты, пытаюсь уснуть.

Истина, плесни ка мне вина! Ты же не рифмуешься, сказали.. Посидим с тобою на вокзале.. А потом пошлем сказавших на! Истина, скажи, зачем любовь Людям, что совсем в нее не верят? Людям, что от чувства не болеют, С каждым пострадавшим сердцем вновь? Истина, чего молчишь, кивая? Тоже никому не дорога? Спиливать устала ты рога? Что наставлены, тебя не понимая? Истина, я тоже не нужна! Ни ему, ни прочим оголтелым.. Встретила тебя, покинув тело, И тобой навечно прощена. Истина, вставай, пойдем отсюда. И бутылку нашу забирай! Мы с тобой откроем новый Рай Вдалеке от обезумевшего люда.

— Я не ненавидела тебя за то, как ты поступил со мной на вокзале. — Я пытался помочь тебе. — Я ненавидела тебя! Но когда я приехала в Нью-Йорк, я поняла, как сильно ты любишь меня и как это тяжело должно было быть для тебя. И я подумала, так должен выглядеть мужчина. Именно так любят мужчины. Но не сказать мне, где ты был четыре месяца, сбежать до рассвета среди ночи, не попрощавшись... Мужчины так не поступают, Финн. — Я пытаюсь дать тебе свободу! — Мне не нужно, чтобы ты давал мне свободу! Я взрослая женщина. Мне не нужно, чтобы ты прятался от меня, чтобы не помешать мне идти к своей мечте.

На три часа бестолкового сидения на вокзале у неё были припасены кроссворды, бутерброды и чаёк в термосе. Отвратительный недослащенный жидкий чаёк (...) Крепкий чай — «потом не заснёшь», сладкий чай — «пойло», чай без сахара — «гадость». А у золотой середины между всем этим — отвратительный вкус. Как, наверное, у всякой золотой середины.