Цитаты про поезда

 Мой поезд едет в Стамбул – это cool, Но денег нет на обед – это bad, Кто мне покажет стриптиз – тому kiss, А кто покажет кулак – тому fuck! 

В мире есть масса вещей, в которых нельзя быть уверенным — Wi-Fi в поездах, люди на метамфетаминах, победители гонки «Тур де Франс». А в чём совсем нельзя быть уверенным? В человеческой памяти. Это просто кошмар.

Не всякий ум измеряется каким-нибудь одним безрассудным поступком; не всякого можно судить по одной какой-нибудь страсти. В наш век действие материальных сил почти неодолимо, - они гнетут и сокрушают душу. С ужасающей быстротой развивается и усложняется наша цивилизация, многообразны и изменчивы формы общественной жизни, на наше неустойчивое, утончённое и извращённое воображение крайне разнообразно и неожиданно влияют такие, например, факторы, как железные дороги, скорые поезда, почта, телеграф и телефон, газеты - словом, весь механизм существующих в нашем обществе средств общения и связи. Всё это в целом создаёт калейдоскопическую пестроту, слепящую, беспорядочную жизненную фантасмагорию, которая утомляет, оглушает мозг и сердце. Отсюда своеобразная умственная усталость, и каждый день множит число её жертв - тех, кто страдает бессонницей, чёрной меланхолией или просто сходит с ума.

Дорогая, мой свет в конце тоннеля — встречный поезд.

Не всякий ум измеряется каким-нибудь одним безрассудным поступком; не всякого можно судить по одной какой-нибудь страсти. В наш век действие материальных сил почти неодолимо, — они гнетут и сокрушают душу. С ужасающей быстротой развивается и усложняется наша цивилизация, многообразны и изменчивы формы общественной жизни, на наше неустойчивое, утончённое и извращённое воображение крайне разнообразно и неожиданно влияют такие, например, факторы, как железные дороги, скорые поезда, почта, телеграф и телефон, газеты — словом, весь механизм существующих в нашем обществе средств общения и связи. Всё это в целом создаёт калейдоскопическую пестроту, слепящую, беспорядочную жизненную фантасмагорию, которая утомляет, оглушает мозг и сердце. Отсюда своеобразная умственная усталость, и каждый день множит число её жертв — тех, кто страдает бессонницей, чёрной меланхолией или просто сходит с ума.

— Энди Ларкин, если ты ведёшь себя как ребёнок, то с тобой поступят как с ребёнком! Мы отправим тебя... — Домой? — ... в детский сад! — В детский сад? — Да. Будешь рисовать пальцем, играть в кубики и говорить поезду «тю-тю-тю-тю». — Но я не был в детском саду с тех пор, как... был в детском саду. — Может на этот раз ты чему-нибудь научишься. Всё, Ларкин, пора в садик, деточка!

И ты считаешь минуты между поездами, Никуда не спешишь, опять опоздаешь...

-Папа, а бабушка точно этим поездом поедет?-Точно, сынок, точно. Ты не отвлекайся, откручивай гайки...

Папа, а бабушка точно будет ехать этим поездом? — Ты бы меньше трепался и побыстрее откручивал рельсу…

— Если я не буду следить за этими детьми, никто не будет. Я пастор. — Значит вы для них — свет в конце тоннеля. — Нет, свет в конце тоннеля — это огни поезда, который на них мчится. Я просто оттаскиваю их с рельс.

Сейчас вы видите, что ведущие политических, информационных программ читают текст, который утвержден или даже написан самим выступающим (это не имеет значения) по суфлеру. Суфлер играет положительную роль — в том, чтобы соблюдать хронометраж, но, к сожалению, он снижает естественное, человеческое, свойственное каждому в его артистической природе. Поэтому такого живого, сопереживающего глаза, тональности мы уже не чувствуем. А вы заметили, что темп речи сейчас убыстрился? Ни во Франции так быстро не говорят, ни в Испании. Такое ощущение, что мы стали совершенно нерусскими людьми, ведь русская речь подразумевает раздумье, второй план, паузы… Важно не просто нести информацию, а всё-таки быть человеком, который вместе с вами сопереживает то, о чем вам рассказывает. Констататоры фактов и есть дикторы.

Кто сомневается, что у России особый путь, пусть поездит по нашим дорогам.