Цитаты про уходящий

В тридцать лет, на поэтической вершине своей жизни, женщины могут проследить весь путь её и видеть будущее так же хорошо, как прошлое. Женщины знают тогда цену любви и дорожат ею, боясь утратить её; в ту пору душу их ещё красит уходящая молодость, и любовь их делается всё сильнее от страха перед будущим.

 Я вдруг увидел, что эта ночь только звено в цепи тысячи других ночей, – бесконечной цепи, уходящей в невидимую даль; и путь мой пролегает сквозь вечную ночь, во тьме, под светом холодных и бездушных звезд. 

жизнь стоит того, чтобы ЖИТЬ. Жить ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС, в мгновении настоящего. Ведь настоящее — это лишь разделительная черта между прошлым и будущим, но именно в ней таится прелесть мгновения — быстро уходящего. В настоящем не может быть ни суждений, ни мыслей, ни планов, ни воспоминаний — ним можно только жить. А мы так часто теряем красоту момента в погоне за прошлыми разочарованиями — а ведь прошлое было, прошло и уже мертво. А будущее неясно, но как только прояснится — станет настоящим — и мы снова его упустим Помните, ЖИЗНЬ правда стоит того, чтобы ЖИТЬ. В настоящем. Не упуская чудесных мгновений

 Когда ты слышишь внезапно, в полночь, незримой процессии пенье, звуки мерно позвякивающих цимбал, не сетуй на кончившееся везенье, на то, что прахом пошли все труды, все планы, все упования. Не оплакивай их впустую, но мужественно выговори прощай твоей уходящей Александрии. Главное — не пытайся себя обмануть, не думай, что это был морок, причуды слуха, что тебе померещилось: не унижай себя. Но твердо и мужественно — как пристало тому, кому был дарован судьбой этот дивный город, — шагни к распахнутому окну и вслушайся — пусть с затаенным страхом, но без слез, без внутреннего содроганья, — вслушайся в твою последнюю радость: в пенье странной незримой процессии, в звон цимбал и простись с навсегда от тебя уходящей Александрией. 

 Как прекрасна спина уходящего гостя 

Она дрожит, смотрит на меня и прижимается ко мне, а я обнимаю её, мы обнимаем друг друга – двое чужих людей, которые ничего не знают друг о друге и обнялись потому, что не понимают друг друга, и один видит в другом не того, кем тот является на самом деле; и всё-таки они черпают утешение даже из этого непонимания, двойного, тройного, бесконечного; и всё-таки это единственное, что, подобно радуге, кажется мостом там, где никакого моста не может быть и где есть лишь отражение друг в друге двух зеркал, многократно повторяющееся и уходящее в пустоту все более отступающей дали.

Полночь - это секрет самого времени, дня, уходящего в историю, пока мы спим, дня, который не вернется больше никогда.

Казалось, что библиотека растекается от него, как от своей сердцевины. Уныние Графа пропитывало воздух вокруг, разносивший недуг его во все стороны. Все, находящееся в длинной зале, впитало в себя эту грусть. Темные галереи маялись в медленной муке; книги, ряд за рядом уходящие в мглистые углы, представлялись, каждая, отдельной трагической нотой в монументальной фуге томов.

Думаю, мы оба испытывали ощущение человека, не желающего пробуждаться от приятного сна, но уже пересекшего границу яви, – теперь чем усерднее будет он манить к себе сон, тем окончательней тот удалится. Я чувствовал, как ***еспокойство пробуждения смешивается с бесплодной сладостью уходящего сна и раковой опухолью разъедает наши души. Болезнь поразила одновременно нас обоих, словно действовала по заранее разработанному плану. Но первый симптом был неожиданным – нам стало весело.

День заканчивался. Казалось бы, хоть в последнем дне уходящего лета могло проступить чуть больше вкуса и смысла…

 Каждый уходящий месяц приближает вас к этому тяжёлому будущему. 

 То, что нередко слишком сурово именуется неблагодарностью детей, не всегда в такой степени достойно порицания, как полагают. Это неблагодарность природы. Природа, как говорили мы в другом месте, смотрит вперёд. Она делит живые существа на приходящие и уходящие. Уходящие обращены к мраку, вновь прибывающие — к свету. Отсюда отчуждение, роковое для стариков и естественное для молодых. Это отчуждение, вначале неощутимое, медленно усиливается, как при всяком росте. Ветви, оставаясь на стволе, удаляются от него. И это не их вина.