Цитаты от автора от имени автора про понять

Отойдите как можно дальше от места, с которого меня можно понять неправильно.

Понять, что силы, управляющие Соединенными Штатами, способны устроить трагедию 9/11 и обвинить в этом кого-то другого; и что они могут бесстыдно присутствовать на похоронах жертв, зная, что сами же содействовали их убийству. Сколько людей найдет в себе силы признать это и влияние этого на свои жизни? Вот в чем заключается главная причина того, что официальная ложь принимается за правду. Альтернатива этому слишком невероятна, слишком невыносима для разума; поэтому большинство не задумывается над ней. Дайте мне песочницу поглубже, и я засуну туда голову.

Иногда встречаешь женщину, глядя на которую гадаешь и не можешь понять, сколько же ей лет. Смотрится она великолепно, и оттого про нее хочется сказать, что она находится в возрасте где-то между двадцатью пятью и вечной молодостью.

Не вспоминая ни своих, ни его слов, она чувством поняла, что этот минутный разговор страшно сблизил их; и она была испугана и счастлива этим.

Понять — значит простить. Нет, это неверно. Прощение всегда преувеличивалось. Прощение — христианская идея, а Испания никогда не была христианской страной.

Мысль о потере вселяет ужас лишь в тех, кто привязывается к вещам преходящим, тленным. Но как можно потерять друга? Я понял, что лишь бесчувственные люди льют слезы в минуту разлуки. Полноценный человек всегда остается веселым и безмятежным: для него грустить в момент расставания столь же абсурдно, как для верующего предаваться печали по поводу окончания мессы. Ведь Бог всегда с нами — даже после мессы.

He stood on the sand and fell to wondering if there was a gull back there who might be struggling to break out of his limits, to see the meaning of flight beyond a way of travel to get a breadcrumb from a rowboat. Он стоял на песке и думал: что если там, на Земле, есть чайка, которая пытается вырваться из оков своего естества, пытается понять, что могут дать крылья, кроме возможности долететь до рыболовного судна и схватить корку хлеба...

Дубинка надо мной. Куда от мира деться? Он день и ночь со мной, и понял я тогда, Что мясники, как мясники — умельцы, И на вопрос: «Ты рад?» — я вяло крикнул: «Да». Трус лучше мертвеца, а храбрым быть опасно. И стал я это «да» твердить всему и вся. Ведь я боялся в руки им попасться И одобрял все то, что одобрять нельзя.