Цитаты про культуру человека

Действительно, я не отрицаю того, что русский человек сформировался на стыке восточной и западной культур. Но и влияния «оси Север-Юг» не отрицаю. Русская культура уникальна и многомерна.

— Так ведь… культура тоже нужна, Иван Лукьяныч. — Я же не против. Подожди! Я сам культурный человек! Пришёл после обеда, лёг на полчасика, включил радио, взял газету. Освежился культурой, встал, умылся, и пошёл. Ведь мне для этого спецдома не требуется?!

Выбирайте человека так, словно вы слепы. Закройте глаза и почувствуйте, что вы думаете об этом человеке. О его доброте, верности, проницательности, преданности, о его способности позаботиться о вас и позаботиться о себе самом, как о независимом существе. Хотя особенности нашей культуры влияют на многое, и то, что мы видим нашим внешним взглядом, очень важно, гораздо важнее то, что мы видим и воспринимаем нашим внутренним взором, когда наши глаза закрыты.

Но человек не может просто излучать страдание, – продолжал он. – Он не может жить с ясным пониманием своей судьбы, к которой его каждый день приближает распад тела. Чтобы существование стало возможным, он должен находиться под анестезией и видеть сны. В каждой стране применяют свои методы, чтобы ввести человека в транс. Можно выстроить культуру так, что люди превратятся в перепуганных актеров, изображающих жизненный успех друг перед другом. Можно утопить их в потреблении маленьких блестящих коробочек, истекающих никчемной информацией. Можно заставить биться лбом в пол перед иконой.

Когда американцы приезжают в те страны, где еще сохранилась культура и традиции, они очень удивляются, что их не обслуживают в обеденный перерыв. Потому что те деньги, которые продавец заработает на покупателях, лишив себя обеда и послеобеденного перерыва, ему придется потратить на лекарства. Американцы демонстрируют всему миру, как не надо жить. Это их величайшая миссия. Американская идея круглосуточного образа жизни, работа без обеда и выходных — очень пагубна. Это развращает культуру. Человек может в любое время суток пойти в магазин и купить пищу, принять алкоголь.

Ведь чем, позвольте спросить, была до сих пор культура? Человек убеждал человека быть добрым. Только добрым. А куда прикажете распихать остальное? История распихивала так и сяк, где внушением, где принуждением, но в конце концов всегда что-то не помещалось, выпирало, вылезало наружу.

Мышление, конечно, не прекратится, так же как и чувствование. Но власть мыслей и идей, господство теорий и принципов, главенство духа, одним словом, иерархия будет продолжаться до тех пор, пока будут господствовать попы, то есть теологи, философы, государственные мужи, филистеры, либералы, наставники, слуги, родители, дети, супруги, Прудоны, Жорж Санды, Блюнчли и т. д., и т. д.; иерархия будет существовать до тех пор, пока будут верить в принципы, мыслить о них или даже их критиковать, ибо даже самая непримиримая критика, которая хоронит все обычные принципы в конце концов тоже верит в принцип как таковой. Критикует всякий, но критерии различны. Поэтому гонятся за «истинным» критерием. Этот истинный критерий – первая предпосылка. Он – создание не критика, а догматика. Мало того, обычно его берут из культуры данного времени, например, «свобода», «человечность» и т. д.

Широко распространено довольно абсурдное и потому потенциально опасное мнение, что поведение определяется наследственностью. Большинство обывателей склоняется к предопределенному взгляду на жизнь, берущему свое начало в биологии и генетике. Гены — единицы наследственности, и их природа якобы неизменна; поэтому не стоит даже пытаться что-либо исправить, направляя общественные силы на улучшение ситуации, которую нельзя изменить. А это — настоящая Ерунда. Гены только отвечают за строение тела, начиная с зародыша репликаторы считывают код ДНК и начинают строительство тела по заданной программе заложенной в самом коде ДНК. То есть ваше тело полностью сформировано генами от внутренних органов до формы мышц, лица, цвета глаз и т. д. За поведение ДНК не отвечает, так как оно его не формирует. Поведение формируется внешней средой, исключительно приобретенными ассоциациями и подкрепляющими событиями. Культура, в которой живет человек, полностью формирует его личность.

Вся мировая культура очень подробно описывает то, что будет происходить с человеком, если он попадет в ад, все круги описываются. Это и Данте, но Данте был одним из многих, просто наиболее удачливым. Были рисунки на ту же тему. Но ничего конкретного о рае культура нам не говорит, кроме того что там ходят люди с нимбами.

Клаудия, Современная культура учит нас тому, что: ... воровать плохо. ... работать хорошо. ... много зарабатывать лучше всего. ... секс — это плохо (по крайней мере если он «не по любви»). ... подчиняться хорошо (лучше не раздумывая) ... коммунисты (фашисты, арабы, негры) плохие (или самые лучшие, если сам я коммунист, фашист, араб или негр). ... быть материалистом плохо. ... быть идеалистом еще хуже. ... смотреть в будующее без надежды плохо. ... быть добрым хорошо. ... бездельничать плохо. ... змеи плохие (ядовитые и опасные). ... порядок лучше всего. ... быть агрессивным плохо. ... человек — царь зверей. ... владеть собой очень хорошо. ... иметь ясные цели хорошо. ... подчиняться импульсу куда хуже. ... планировать лучше всего. ... голуби хорошие, а вороны плохие. ... быть эгоистом плохо. ... любить лучше, чем ненавидеть. ... грустить плохо. ... смерть — это плохо. ... самое простое решение никогда не бывает лучшим. ... вера — это хорошо. ... безумие — это плохо. ...

Кроме того, убогая, бедная в языковом отношении речь воспринимается как отрицательная характеристика человека, свидетельствует о его поверхностных знаниях, низкой речевой культуре, о недостаточном запасе слов. Но главное: бедность, серость, однообразие языка связывается с бедностью, серостью и неоригинальностью мысли.

Я понял, что счастье для любого человека — это просто рычажок, который нужно повернуть в голове. Оно не имеет никакого отношения к тому, чтобы обзавестись новым домом, найти новую подружку или купить пару туфель. Наша культура сильно на этом завязана; мы не привыкли довольствоваться тем, что имеем.