Вот всего один пример: Национальный книжный фонд, присуждающий Национальную книжную премию, утверждает, что к получению награды «не допускаются пересказы народных сказок, мифов и волшебных сказок». Вообразите правила, в которых говорится: «Не допускаются изложения сюжетов о рабстве, кровосмешении и массовых убийствах». В волшебных сказках присутствуют все эти темы; однако в приведенном утверждении подразумевается, что в сказках есть нечто… ну, нелитературное. Вероятно, снобизм этот как-то проистекает из ассоциации сказок с детьми и женщинами. А то еще может иметься в виду, что раз у них нет конкретного автора, они попросту не вписываются в культуру, завороженную мифом о героическом художнике. Или же их тропы знакомы всем настолько, что их легко принимают за клише. Вероятно, руины мира сказок, в котором реальное соседствует с нереальным, расстраивают тех, кто рассчитывает, будто подобное противостояние способно родить некое подобие порядка.
У Вас есть интересная цитата?
Поделитесь ею с нами!
Вы здесь
Цитаты от автора от имени автора про культуру
Такие события, как гибель Пушкина, уход Льва Толстого, внезапно открывают, сколь много значат в истории, культуре не только их творения — их личности!
Я очень надеюсь, что когда-нибудь ученые и политики заново откроют то, что всегда было известно нашим предкам: самое ценное в человеческой культуре — это уважение.
Среди русских интеллигентов, как уже многими замечено, есть порядочное количество диковинных людей, истинных детей русской страны и культуры, которые сумеют героически, не дрогнув ни одним мускулом, глядеть прямо в лицо смерти, которые способны ради идеи терпеливо переносить невообразимые лишения и страдания, равные пытке, но зато эти люди теряются от высокомерности швейцара, съеживаются от окрика прачки, а в полицейский участок входят с томительной и робкой тоской.
Культура для Канта — это инструмент, подготовка человека к осуществлению его нравственного долга. Культура — это всегда внутреннее достояние человека, ибо дает ему цель жизни, исходя из его внутренних потребностей, выражая его гуманистическое предназначение.
Культура... Говоря о культуре, стоит заметить, что это не просто начитанность, знание текстов, фактов, картин, музыкальных произведений и так далее... Я знаю очень много начитанных людей, но таких мерзавцев, не приведи Господи. И напротив, сколько встретил я, особенно когда снимался в фильме «Председатель», в деревне темных старух — благороднейших, человечнейших, интеллигентнейших, если вложить в это слово то понятие, что человек думает прежде всего не о себе, а о стоящих рядом, о других. В них был и такт, и добро, хотя жизнь у них всех сложилась сумасшедше тяжелая. Особенно после войны, когда в колхозах все было разрушено, разграблено, сожжено. Говоря «культура», я имею в виду культуру не начитанности, не наслышанности музыкой, не «навиданности» изобразительным искусством — это все лишь часть культуры, если можно так выразиться, ее надстройка, а собственно культура, база ее — это уменье жить, не мешая другим, это уменье приносить пользу, не требуя за то златых венков.
... уж слишком стыдливо мы умалчиваем об абсолютно необходимой благосклонности человека к искусству. И нас воспитывали, и мы воспитываем в наших подопечных убеждение, будто творения искусства лишь немногим отличаются от лежащих в полутьме граблей. Наступивший на них получает такой удар по лбу, что у него из глаз вылетают снопы искр; так же, а не иначе, должно обстоять дело и с великими произведениями: человека, приобщившегося к ним, оглушает – охватывает – неожиданный восторг! Эта благородная ложь столь распространена, что когда по прошествии нескольких лет после описанных здесь событий я вынужден был бежать от гестапо из «погоревшей» квартиры, оставив среди личных вещей тетрадь с собственными стихами, то к сожалению о невосполнимой потере, понесенной национальною культурой, примешалась твердая уверенность в эстетическом шоке, который должны были испытать те из моих преследователей, которые владели польским языком.
Приближаясь к идеальному эталону, то есть будучи «поистине самим собой», вы лучше подчиняетесь коллективному императиву и становитесь похожими друг на друга. Это дьявольское коварство и диалектика массовой культуры.
Стремление к удовольствиям (к наслаждению) есть характерная болезнь нашего времени. Сумей устоять против этой эпидемии, и ты поймешь, в чём состоит истинное наслаждение жизнью — в самом факте жизни. А для этого нужны простота, ясность, умеренность, душевное здоровье, короче говоря, самые простые, но теперь самые труднодоступные феномены жизни. Для подавляющего большинства нашего населения убогий быт и дефицит всего того, что приносит удовольствие, даны на века. Надо думать о том, как к этому приспособиться, чем это компенсировать. Единственное средство для этого, если исключить борьбу за жизненные блага как цель жизни, — развить духовный мир и культуру духовного общения. Верно, что человек стремится к счастью. Нет счастья без способности к самоограничению и без самоконтроля. Счастье есть плата за самоограничение, есть результат самоконтроля.
Не то чтобы он разбирался в красоте или культуре человека, но он умел верно определить его сущность.
Лучшие Цитаты от автора от имени автора про культуру подобрал Цитатикс. Собрали их 10 штук, они точно увлекательные. Читайте, делитесь и ставьте лайки!
Лучшее За:
Стой! Не двигайся! Вечерний свет так нежно оттеняет твои глаза, а закат чувственно пронизывает твои волосы, колыхнувшиеся, когда ты развернулась и ушла из моего кабинета с этой синей папкой.
Автор
Источник
- Александр Александрович Зиновьев. Русская судьба, исповедь отщепенца (1) Apply Александр Александрович Зиновьев. Русская судьба, исповедь отщепенца filter
- Александр Иванович Куприн. Яма (1) Apply Александр Иванович Куприн. Яма filter
- Александр Петрович Садохин. Культурология (1) Apply Александр Петрович Садохин. Культурология filter
- Жан Бодрийяр. Общество потребления (1) Apply Жан Бодрийяр. Общество потребления filter
- Кейт Бернхаймер. Мать извела меня, папа сожрал меня (1) Apply Кейт Бернхаймер. Мать извела меня, папа сожрал меня filter
- Михаил Ульянов. Возвращаясь к самому себе (1) Apply Михаил Ульянов. Возвращаясь к самому себе filter
- Нассим Николас Талеб. Черный лебедь (1) Apply Нассим Николас Талеб. Черный лебедь filter
- Натан Эйдельман. Пушкин (1) Apply Натан Эйдельман. Пушкин filter
- Станислав Лем. Высокий замок (1) Apply Станислав Лем. Высокий замок filter
- Эрих Мария Ремарк. Три товарища (1) Apply Эрих Мария Ремарк. Три товарища filter





