Цитаты про ад

 Любое место можно превратить в ад. 

Мы прибудем в дивный град, Где нам всякий будет рад — Прямо в ад!

В перерывах между медитациями, когда я возвращался в мир, мой взгляд скользил по лицам паломников, и я, к сожалению, постоянно чувствовал, что этими людьми движут страх и надежда – страх перед возможностью оказаться в аду и надежда на то, что Господь смилуется и раскроет перед ними двери рая. Эти люди, я уверен, не знали правила жизни, сформулированного моей предшественницей на Пути, несравненной Рабийа: «Истинное служение состоит в том, чтобы не желать рая и не бояться ада».

 Я беру предложенную сигарету, и Адам даёт мне прикурить. Потом зажигает свою, и мы молча выдыхаем дым в сад. Я чувствую, что Адам смотрит на меня. В голове так ясно, что я не удивилась бы, если бы мысли сияли надо мной, словно неоновая вывеска над лавкой, где продается рыба с жареной картошкой. Ты мне нравишься. Ты мне нравишься. Щёлк. Щёлк. Щёлк. Рядом со словами загорается красное неоновое сердечко. Я ложусь на траву, чтобы укрыться от его взгляда. Холод просачивается сквозь брюки, точно вода. Адам ложится рядом со мной, близко-близко. Так близко, что от этого даже больно. Я мучаюсь. 

- Как там вообще? После того?.. - После того? - Как кончится эта мука? - В аду или в раю?.. Как в Сан-Франциско. - Город. Хорошо. Я боялся там будет сад. Ненавижу эти мифические бредни. - Мило поболтали. А теперь спи, детка. Я всего лишь тень на твоей могиле.

  — Больно ли это, когда кто-то, кого ты любишь, вгоняет тебе кинжал в сердце? — Гори в аду. — Больно ли это? — Да. — Добро пожаловать в последние 900 лет моей жизни. 

 Боже Милостивый! Зачем Ты дал неразумному существу в руки такую страшную силу? Зачем Ты прежде, чем созреет и окрепнет его разум, сунул ему в руки огонь? Зачем Ты наделил его такой волей, что превыше его смирения? Зачем Ты научил его убивать, но не дал возможности воскресать, чтоб он мог дивиться плодам безумия своего? Сюда его, стервеца, в одном лице сюда и царя, и холопа — пусть послушает музыку, достойную его гения. Гони в этот ад впереди тех, кто, злоупотребляя данным ему разумом, придумал все это, изобрел, сотворил. Нет, не в одном лице, а стадом, стадом: и царей, и королей, и вождей — на десять дней, из дворцов, храмов, вилл, подземелий, партийных кабинетов — на Великокриницкий плацдарм! Чтоб ни соли, ни хлеба, чтоб крысы отъедали им носы и уши, чтоб приняли они на свою шкуру то, чему название — война.

 — Если бы этот мир был бы одной нескончаемой тьмой, а этот костёр – единственным светом… — Что тогда? — Даже если моё тело сгорит в пламени ада, я бы всё равно без оглядки бросился в огонь, как они. А потом, мои крылья сгорели бы и я упал бы на землю и валялся бы в грязи. И как бы трудно это ни было, наверное, я бы всё ещё мог добраться до огня. — Брат… — Ты для меня, как этот костёр для мотыля, Майа. 

У любви есть три измерения. Одно – это измерение зависимости; оно случается с большинством людей. Муж зависит от жены, жена зависит от мужа; они эксплуатируют друг друга, подчиняют себе друг друга, принижают друг друга до товара. В девяноста девяти процентах случаев в мире происходит именно это. Именно поэтому любовь, которая может открывать двери рая, открывает лишь двери ада.Вторая возможность – это любовь между двумя независимыми людьми. Это тоже изредка происходит. Но и это приносит страдание, потому что продолжается постоянный конфликт. Невозможна никакая сонастроенность; оба так независимы, что никто не готов пойти на компромисс, подстроиться под другого. С поэтами, художниками, мыслителями, учеными, со всеми теми, кто живет в своего рода независимости, по крайней мере, в своих умах, невозможно жить; они слишком эксцентричные люди.

 Я бы послал тебя к черту, но, думаю, ты уже одной ногой в аду. 

Я верю, что есть место между раем и адом, между живыми и мёртвыми. Прекрасное место вечного перерождения, быть может, даже спасение. Верите ли вы в такое место? Вот только, чтобы попасть туда, придётся заплатить. Всё имеет свою цену.