Семнадцать плюс двенадцать — всего-навсего двадцать девять, а это, черт возьми, еще не старость. Клеопатре было сорок восемь, когда Антоний ради нее отрекся от власти над миром. 

Автор
Сомерсет Моэм. Бремя страстей человеческих
+1
0
-1